щупать глаzами [entries|friends|calendar] на вы (с)дох. ---> в глаzа ---> past ---> щупать меня [ userinfo | livejournal userinfo ] [ calendar | livejournal calendar ]

(ещё) |кира фрегер| [15 Oct 2009|11:14pm] если я что-то и делаю назло тебе значит ли это что я это делаю для тебя я не знаю зачем и откуда счастье в твоей груди но когда ты говоришь "иди" мне кажется оно выжигает "не уходи" я не понимаю что делают буквы в твоём письме откуда мне знать хочешь ли ты сказать ты начинаешь слишком издалека и как только я начинаю понимать что начинаю понимать ты говоришь «пока» ты ничего не делаешь мне назло но я пойму что возможно ты это делаешь для меня не тогда когда ты придёшь и скажешь «здравствуй ну вот и ты» а когда письмо наконец-то придёт пустым

(ещё) |кира фрегер| [15 Oct 2009|11:12pm] ты больше не отвечаешь на мои зачем они наверно уже не те как сладко ты засыпаешь на моём полуслове уверенная в своей немоте когда твои пальцы зайдутся в хрусте он тебя пожалеет и не позволит себе звонка но мне не простит но и не пропустит ни одного местоимения не выброшенного из стишка стишка нет ничего невыносимей тебя и тоньше как просто выдумывать чем его заслужить как трудно с этим покончить оставаясь жить

(ещё) |кира фрегер| [15 Oct 2009|11:11pm] лицо постепенно забывается снова превращается в фотографию белые ёлочки каштанов растворяются в тополином запахе фамилии как московские улицы - материализация знакомых названий литвинова петрушевская ткаченко кучеренко линор горалик метафизика степеней отчуждения метеорология расстояний - ливень на белорусской и ни капли в измайлово москва - когда нет ни одного комментария - даже от вилитария моментальное привыкание - как по морю скучаю по кузьминкам как по маме два месяца - очень мало - чтобы обойти пешком - слишком великий город зато появилась новая забава - без всякого беломора - конструкция из уменьшительно-ласкательных - зачитываю тебе по шпаргалке - трубочка из макдональдса в неё пипетка а в неё пружинка от зажигалки

(ещё) |кира фрегер| [15 Oct 2009|11:10pm] когда отступали дядя Володя тридцать два часа пролежал в сугробе потом два месяца в госпитале после войны сорок лет работал в кочегарке обед приносил с собой чаще всего банку с борщом грел в железной миске и ел не снимая с плиты чтобы во время еды борщ обязательно кипел ел и приговаривал "Володя горяченькое любит" кажется так и не согрелся

(ещё) |кира фрегер| [15 Oct 2009|11:08pm] сегодня я много пью потому что меня качает телефон в голосе дрожит он по тебе скучает я даю деньги наркотикам на ажурные гильзы а они прячутся у барыг боятся повредить линзы солнце не встало надоела говорит тупая работа как люди возят на себе эти тяжелые самолеты владивосток москва нью-йорк пешком минут двадцать ну расстегнули бы часовые пояса если они мешают им обниматься ну оставляли бы дома свои сердца если дома за них боятся ну смешно смеяться

(ещё) |кира фрегер| [15 Oct 2009|11:06pm] представляешь эта комната теперь не плачет или привыкла или трава не кончается по утрам легкий коньячный ланч и верный дождь каждый день возвращается куча меня вдруг появилась у неотложных дел деньгами за количество букв отравлен почерк зеркало не нравится форме моего носа и содержимому тела им хочется веселое и в цветочек кино на выбор как на подбор «я остаюсь» или «наука сна» если бы можно спасти одним звонком все что лезет в голову от - зачем это в нас до - для чего мы знакомы

(ещё) |кира фрегер| [15 Oct 2009|11:05pm] впрочем можно и так смотреть на море на тебя в мониторе можно даже не вздрагивать при упоминании имени в разговоре можно не звонить сделать вид что потерялся номер или передать через знакомых что я умер можно завести немых рыбок или болтливого попугая можно представить что у тебя в голове другая можно на самом деле умереть но что я скажу маме можно посчитать шпалы между нами дойти чтоб сказать верните мне мои письма и телеграммы чтобы обрушить на тебя свои никчемные килограммы душить в объятьях пока не дойдет что ты рядом пока ты не поймешь что рада

(ещё) |кира фрегер| [15 Oct 2009|11:03pm] кому-то по каменистому дну ванны хлорные капли выстукивают из крана что у друга их наркомана и графомана квас горлом и небо вываливается из кармана время его лечит а книжка любимая постарела но он и сейчас всегда плачет перечитывая пробелы он не ходит на пляж он стыдится своего взгляда на любое тело показывающееся рядом оказывающееся белым он подбирает небо, чинит кран и капли молчат что он забивает слишком часто, по букве в час без выходных и обеда что он клялся что его никто никогда не предаст и его действительно никто никогда не предал кто-то преданно звонит ему и сейчас кто-то преданно от него уехал

(ещё) 53.|кира фрегер| [15 Oct 2009|11:02pm] щупать когда уедешь обещай письма хотя бы мысленно я отвечу на каждое на нежное на страшное на ненаписанное гораздо больше тебе напишу чем не рассказывала выкину выброшу всё что не выкидывала не выбрасывала буду не ходить гулять буду не пить в «бамбучках» чай во сне от страха тоски боли буду не орать не кричать буду не травиться не топиться не вешаться ни на чём буду не думать об этом уткнувшись в твоё плечо

(ещё) 52.|оксана маякова| [23 May 2008|10:17pm] щупать Часики. - Я когда еду в автобусе, мне кажется, что люди за стеклом – как рыбки в аквариуме. Конечно, может это я в аквариуме, а они как раз на свободе.. anyway, мы друг друга не слышим (смс-переписка) - Вечер октябрь – это такой трансформатор пьяного бреда в плохие стихи А4 (стихотворение) - строчки летели вниз, матом ругались дворники, я выбирала жизнь, стоя на подоконнике В утренний сонный час, в час когда всё растаяло Я полюбила Вас, Марина Цветаева (песня) Эта осень коричнево-электрическая, позорно сбегает, подбирая за собой листья, и я ругаюсь, скользя по изморози зимней искорками, скользя по времени коньковыми лезвиями, в круговой безысходности и бездействии, в электрических проводах путаясь, в Катькин зеленый шарф кутаясь, с братом покуривая его сигареты / знаешь сестрёнка в проводы в сезон рекрута парню не выкрутишься – а девкам-то, ах повод отпустить поводок и в коробку собрать с три короба лживых писем – и в роту, да в рот его и до скорого / А дети расчерчивают мелом асфальт в полосы, и хочется вместе убежать с осенью, вместо листьев у памятника Пушкину - оставляя волосы в расчёске и на подушке, рассчастливая, расчётливая, электрическая и рассыпчатая как тесто песочное, как песочные часики, точно. Часики – паучки, приносящие в дом несчастье, если их прихлопнуть тапком (а сколько часиков, которые можно тратить на счастье, ухлопаны просто так, убивались несчастной игрой в сапёра.. в боговой мастерской-часовне я часов разбила, наверно, как раз с три короба) Сыплю крупицы времени на корм рыбкам, молчащих матом. Да, и поледний-вечер-ноябрь это тоже, такой трансформатор. А бывает часов и не наблюдаешь - если счастливый, если доедаешь и досыпаешь, и просыпаясь конечнознаешь, что дальше будет жизнь как просеянная через сито – без грязи без князя и без котлет безвкусных под знаменем общепита. И вот так в свои 19 стоишь перед будкой вольт в 220 трансформаторной и выбираешь, и хорошо, наверное, если ответишь себе, зачем всё это, зачем с утра глаза открываешь, и снова передвигаешься и можешь дышать и опять часики. Зачем тебе смех соседки прыгающей через классики, и классики полные полки Апчехова, аптека, эти скляночки с мазями и прочая атрибутика, когда на ногах стоишь прочно, а идти некуда, где путь мать его? матье в банках то есть простите люди мы, да наличные рублики Центробанков, круговорот воды в рот его, и где-то братова рота гробит ещё одного новенького желторотого. И вот так застынешь осенью над часами, посмотришь в глаза Цветаевой сборнику, и подумаешь – а вы бы, вы бы сами, выбрали жизнь, стоя на подоконнике? Но я отвлеклась, я конечно же выбираю Путина, разве может быть выбор иной какой-нибудь, ну да к чёрту политику, пусть эти черти сами друг другу там ноги сломят, а я коричнево-электрическая, соломенная и в зелено-желтом, с жилками золотистыми, я напряжённый, по проводам скользящий осенний лист, и на моём устрашающем черепе моя будка трансформаторная, позволяет рифмам аквариума изъясняться матом. Утренний час четвёртый переходит в пятый, и это опять часы в ход пошли, опять время советским плакатом тычет стрелами – а ты успела ли? Сделала ли? Так и будешь меня сквозь пальцы, вязальными спицами, протягивать в петлю, тянуть с делом, стягивая шею ломая меня по ледышкам-крупицам, нихрена не делать? Здравствуйте, с вами программа «Время», вещание повсеместное и повседневное. Пожалуйста, раз вы выбрали жизнь а не смерть, ЖИВИТЕ, а не трахайте мозг вселенной. /всё, что делалось в мире всём – делали люди с таким же исходом летальным, которым так же отмеряно, которые над крышами крыльями не летали/

(ещё) 50.|антон очиров| [18 Mar 2007|02:03am] щупать знаешь, это похоже на то, как будто разматываешь заскорузлый бинт а кожа под ним такая неожиданно чистая, что её хочется целовать я не очень знаю, что это значит: как это в самом деле – просто тебя любить но я знаю те имена, которые мне хочется без конца повторять Господи, говорю я, Господи ты живой, он живой, я живая мы исчезаем из жизни, как ссадина, которая заживает знаешь, я раньше не знал, как это в самом деле: вылечить, отстоять. знаешь, в каком-то смысле жить – это чем-то таким болеть что постоянно думать: что за дела, вот блядь потому что люди со скрипом умеют прощать отпускать взрослеть знаешь, я думаю – это палево: кого-либо окрылять как в ванной случайно сковыриваешь полотенцем засохший герпес с губы и понимаешь, что толком нельзя ничего забыть: боль, бабл-гам, любовь что с того, что ты можешь быть любой и я могу быть любым когда такого цвета земля и такую долгую долгую долгую вахту отстаивают в ней свечи, похожие на столбы и это такое – похожее на кровь, на электричество, и так далее - бегает вдоль по дёснам болит, ничего не хочет, кажется себе неуместным а это и было настоящей жизнью, о которой мало чего известно знаешь, такой жизнью, которая рождается и уходит потом без остатка и у неё сногсшибательная походка попробуй теперь умыться, выговорится, проснуться смотреть в прекрасные лица с щетиной на подбородке предохраняться от жизни, а от смерти не предохраниться любить потому, что бог помнит тебя любым, любит тебя любым трогает тебя любым, выцарапывает тебя любым он живой ты живой я живая мы живём здесь как ссадина, которая не заживает облака цвета ватно-марлевых повязок и небо которое кажется розовым а потом фиолетовым перламутровым сиреневым голубым

(ещё) |patu| [18 Mar 2007|02:01am] Ты еще движешь реки моей крови (с) А потом, Убедив себя в том, Что избегла твоих сетей, Я рожу еще двух детей, Веселых и бестолковых. Стану Наташей Ростовой. А что? Думаешь, не смогу? Чего же мне не хватает? Карих глаз? Пироги и сейчас Неплохо пеку. А потом Я оставлю свой дом, Доберусь до далеких стран, Там, под небом иных широт, Стану делать наоборот - Смеяться, бить в барабан, У моря жить налегке. Стану одной из причин Уличных драк В солнечном городке - Танцевать буду так, Что покорю всех мужчин И половину женщин, Не меньше. А потом Я вернусь. Будет осень, приду к тебе под большим зонтом, Скажу - не трусь, Давай, Я нарисую тебя две тысячи раз, Только не открывай Глаз. А ты будешь носить меня на руках, И откуда мне знать, Может быть, станешь смелой. Но боже мой, как Умирать Надоело.

(ещё) |patu| [18 Mar 2007|02:01am] Что мне сказать, чтоб заставить тебя уйти? Что мне сказать, чтоб тебя убедить молчать? Ты же не видишь, как бьется в моей груди Печаль. Серою птицей, подобием сердца, но Только подобием. Если уйдешь - усну. Сложишь ладони, вздохнешь, распахнешь окно В весну. Спрятать, словами укрыть, как густой травой, От невозможной потребности сделать шаг. Что мне сказать, чтобы молча в затылок твой Дышать?

(ещё) 51.|patu| [18 Mar 2007|02:00am] щупать Любить тебя так, Как любят детей и собак. Просто за то, что... Ну, знаешь, просто за то, Как ты прячешь затылок в воротнике пальто. За сумятицу зимних, бесстыжих, ночных дорог. За пару веснушек на узких твоих плечах. За черный чай По ночам. За то, как ты утром сворачивалась в клубок, Беззащитность лопаток вонзая в ладонь, как сталь, Оставляя во мне февраль Насквозь. Сквозняк. Любить тебя так. Как будто бы ты случилась со мной Одной. Которая же зима Сведет, наконец, с ума?

(ещё) |шарль с патриков| [18 Mar 2007|01:57am] Не думать о тебе оказалось что не думать о тебе это так же трудно как доказать теорему Ферма как нарисовать радугу чёрным карандашом как подобрать синоним к слову «синоним» как вырастить каберне совиньон на Северном Полюсе я не настолько крут

(ещё) |шарль с патриков| [18 Mar 2007|01:57am] Кокаиновое где-то там высоко убегая от ментов дилер пропорол свой мешок и город покрылся тонким равномерным слоем свежего первоклассного кокаина вырву лист из блокнота исписанный чем-то вроде стихов скатаю трубочку правой ноздрей втяну Большую Бронную левой Малую зима на носу

(ещё) |шарль с патриков| [18 Mar 2007|01:57am] Преддекабрьский блюз четыре клёна под окном как струны бас-гитары на которой ветер играет в унисон с дождём стучащим в барабаны крыш тяжёлый преддекабрьский блюз вороны пытаются тащить вокал невольно подражая Дженис но кишка тонка одна надежда что вот-вот начнётся соло тем более над городом вчера как будто так и надо две радуги висели а знаешь мне не хватает твоих губ

(ещё) |шарль с патриков| [18 Mar 2007|01:57am] Этюд в зелёных тонах сладко потягиваясь после девятимесячной спячки весна достала свою любимую кисточку обмакнула её в свой любимый цвет и аккуратно раскрасила молодую траву листья на деревьях единственный глаз увёзшего тебя такси пару дюжин пустых бутылок из-под вальполичелы а заодно и мою тоску какая-то странная краска не просыхаю

(ещё) |шарль с патриков| [18 Mar 2007|01:56am] Эй Холден 6-е марта простывшая Москва вытерев тучей сопли-сосульки смотрит на себя в зеркало пытаясь поверить что серо-бурое месиво и есть нарядное весеннее платье на Патриках лёд эй Холден ты спрашивал про уток их здесь тоже нет

(ещё) |шарль с патриков| [18 Mar 2007|01:56am] Растворяясь в твоей фотографии растворяясь в твоей фотографии выпью пару литров контрабандного кахетинского вина часа в четыре сдесантируюсь на огромную необитаемую кровать около пяти провалюсь в короткометражный сон-сказку в котором мы вместе без чего-то шесть вскачу как ошпаренный напишу этот стих и никогда не узнаю что прочитав его ты расплакалась как маленькая девочка

(ещё) 49.|шарль с патриков| [18 Mar 2007|01:56am] щупать Он похож на... он похож на мои глаза после полутора литров водки на тридцатиградусный мороз на протухшую котлету на сoitus interruptus на втоптанный в грязь бычок на вагину мумии Нефертити на клозетные граффити на ощипанную синюю птицу на безразличный голос из окошка железнодорожной кассы билетов нет он похож на передозировку пустотой первый день без тебя

(ещё) |стихотворная рвота| [18 Mar 2007|01:54am] отпусkать ________________________или всю ночь по городам ________________________летит мой скорый поезд ________________________унося меня за пелену дождя ________________________уводя меня всё дальше от тебя ________________________мараkано тебя отпусkать, kать, kать... после всего, что было, нужно быть само-убийцей [я буду учить тебя пить текилу исключительно из ключицы и лечить, когда мне не спится, твои прожжённые раны] тебя отпусkать, вот что странно, к женщинам, городам или странам - уже все равно: в моём лоскутном и рваном сердце давно-давно иссякли всякие силы и больше не слышен стук [милая, будет у нас и текила, и танцы под боссанову, и я надену каблук на бОсую ногу и платье - на голое тело, как ты хотела. и всё начнётся по новой] тебя отпусkать на перроне, срастаться при посторонних и отдирать тебя с кожей в три тысячи первый раз я вряд ли уже сумею. а слёзы мои не дороже воды из клоунских глаз, и больше не панацея везти тебя на вокзал и врать себе за глаза, что скоро случится чудо, что вот я стану сильнее в два раза, а, может, в пять, и больше уже не буду не буду не буду не буду тебя отпусkать]

(ещё) |стихотворная рвота| [18 Mar 2007|01:53am] Мальчик, мальчик Мальчик, мальчик, ночами... ночами мне снятся вокзал и голуби. Я сплю голая. Мальчик, ночами я голая и горячая, потому что, мальчик, под кожей я прячу раскалённый металл, а это значит, это значит, мой мальчик, мой мальчик-мачо, - в перспективе маячит банальный роман, не иначе, а потом, мальчик мой, по чужим постелям... но ты будешь помнить, что в этом теле, в этом теле, мой мальчик, горячее олово, а в этом доме, малыш, вечносмятые простыни. А ты мечешься, маешься, маленький, берёшься за голову, мучаешься вопросами: "Ну зачем ты со мной связалась??" Я сплю голая, мальчик мой, под твоим одеялом, и в голове моей давно только голуби и вокзалы, мой мальчик, вокзалы, вокзалы...

(ещё) |стихотворная рвота| [18 Mar 2007|01:52am] Дирижжёт Абязов чертёнком врывается в зал. Движения резки - всегда как залп. До треска крахмаленые манжеты, И жесты, и жёстко, и жарко - и в этом Он весь вздымается над оркестром, И мне в своём платье становится тесно, А в этих стенах - не по себе И не по тебе. Этот старый бес Смычок прикладывает мне к горлу, И мне становится горько и голо Безудержно - не найти слова, А он скрипит мендельсонов вальс. Абязов обязан на мне жениться. Он будет ездить по заграницам, А я с его скрипачками спать, Его репутацию пачкая; пять Раз буду вешаться от безделья Под башней в Париже. Пройдёт неделя, И я забуду, чего хочу. Я буду писать тебе:"Моцарт - чушь, Вивальди приелся" И ждать ответа, И видеть во сне тебя, а за это la primavera прожжёт дыру Под левой лопаткой, и я... Вокруг Лоск фраков, и франтов, и старых женщин. Он им не отдан, а был обещан Весь-весь. Гремя оркестром, руками звеня, Абязов обязан любить меня!

(ещё) |стихотворная рвота| [18 Mar 2007|01:51am] Девочка-девочка-девочка, ты мне снишься Девочка-девочка, ты мне снишься; Ты глядишь волчонком, читаешь Ницше, Завиваешь волосы, ходишь в школу... Я смотрю на тебя по-осеннему голым И голодным взглядом, и оголтелым. Я пускаю своё бесполезное тело По чужим квартирам и задыхаюсь От одной только мысли: какая-какая- какая же ты! Проклятый октябрь! Девочка, если б не ты, то я бы Не сожгла б свой рот, не скурила б бронхи. Я хочу зачать для тебя ребёнка, Я хочу родить для тебя ребёнка И растить этих мальчиков/девочек/прочих; Засыпать с тобой ночью, Умирать с тобой ночью Каждый раз - как последний, Каждый раз - навзрыд. Девочка-девочка, мне - за сорок, И в моей крови оседает порох, И мне снится, что если ты чиркнешь спичкой, То твои глаза на бесстрастном личике Отразят мой взрыв.

(ещё) |стихотворная рвота| [18 Mar 2007|01:51am] ожи да ние Она накрасила ногти 4м слоем дешевого модного лака. О ней никто никогда не плакал, Никто не смеялся и не кричал. На кровати стыл недопитый чай, Недобитый час вяло плёлся в пространстве. Она затянулась, подумав: "Разве... разве можно жить не на краю?" За окном был июль. Столь холодный июль, Что казалось: кровь застывала в жилах. Она забыла, кому одолжила Своё последнее "да", А потом "никогда", "навсегда" и "до завтра". Недопитый чай (равноценно - завтрак), Доостыв, леденел на её кровати. Циферблат, безусловно, сегодня спятил; Тонна пепла осела на дне тарелки. Она знала, что это бывает редко И что это зовётся нехваткой сил. Телефон не звонил.

(ещё) |стихотворная рвота| [18 Mar 2007|01:51am] И даже по-немецки Сердце рождает ритм, чувство - потоки рифм. Наверное, в этом и весь секрет. Апрель бесстыден, апрель раздет и сочно течёт по гудрону трасс. Ветер стих. И (не считая сто тысяч до) я в первый раз посвящу тебе стих, целую строчку: ih liebe dih.

(ещё) 48.|стихотворная рвота| [18 Mar 2007|01:50am] щупать Tete-a-tete впечатало, впечалило и впечатлило раскатами по горлу и страшной силой; это имя часами чеканю и словно чокнут именем этим, и нет больше слова кроме. и чтоб занять свою челюсть это имя жую и плюю не целясь. это имя - Аррхангелы, Аррия, Аррки, Арринбург, безусловно, весенний и жарркий, и Аррхей, и Арракул, и Арргентина... я умру: ещё один день я и имя тет-а-тет.

(ещё) |женя риц| [02 Sep 2006|03:10am] Я стала менее интересна сама себе, Чем собственное запястье, покрытое мелкими волосками, И я ещё долго могу так сидеть, Ловить прозрачное колыханье Пловчихи-занавеси о водную гладь стекла – Как она ловко, не ведающая испуга, О, если б я тоже вот так всё плыла, плыла И вся состояла из тюля, комочков каких-то, пуха; Или встык бы стояла с самой собой, Подобно стене под обоями и коврами; Или несла бы тепло батарейной сквозной трубой, Которую неизвестно когда ковали… Но нет – я не вещь, не предмет, а так – Пластилин, случайно обретший форму, И любой дырявый башмак Меня обгонит, даже и давши фору; Любая засуха выпьет меня, как лист, Но не никто не наколет меня в гербарий. Я лимонадной пеной из горла стекаю вниз И выдыхаюсь собственными губами.

(ещё) |женя риц| [02 Sep 2006|03:09am] Город как город. Большой город. Такой, как Горький, только больше, А так – ну Москва и Москва. И нет никакого там духа у неё, ни праха, Только улиц неглаженная рубаха, Перекрученные рукава. Люди как люди. Как мы, городские люди. Да и с чего бы им быть другими, Какие могут быть полюса, Когда у всех нас от копчика до грудины Проходит одна и та же – средняя – полоса… А всё, что я там делала, Пожалуй, что оказалось лишним, И не было ни любви, ни смысла в небыстрой моей езде – По вертикали ездят только кабины лифтов, А они одинаковые везде.

(ещё) |женя риц| [02 Sep 2006|03:09am] Свет от бледной лампочки из подъезда Отдаёт кошачьей мочой, Я почему-то не нахожу себе места, Прижимаюсь то спиной, то плечом. Стена – зелена, наверху – извёстка, Непроклюнувшиеся семечки под ногами, Но зато здесь всё обо мне известно, А вот если выйти – уже едва ли. Знают, и кто к ней (ко мне, то бишь) ходит, И отчего до сих пор не родит ребёнка, А снаружи никто даже локтя Не угадает под рукавом дублёнки; Разве что окликнут по имени – Вот, как, например, третьего дня – Я обернулась, хотя совершенно не было времени, – Оказалось, разумеется, не меня. Хорошо бы вот так ссутулиться, Не дышать свежим воздухом, никогда ничего не есть, Но я всё-таки выхожу на улицу, А я остаюсь здесь.

(ещё) |женя риц| [02 Sep 2006|03:08am] Когда съезжаешь с моста, Наш красивый город видно во всех местах, Едешь себе не о чём, Думаешь просто так. Он бы мог уместиться на двух листах, Но зимой листья к солнцу не тянут жил, А он дышит, как будто всегда так жил, Чтобы я так жил И чтоб ты так жил; Погляди, вся грудь у него в крестах, Вся голова – в кустах…

(ещё) |женя риц| [02 Sep 2006|03:07am] До потери пульса, До его рассеянности по синему лабиринту, Ты сюда, пожалуйста, и не суйся, А тем паче выбраться не пытайся – Здесь не то что нить не поможет, Но даже лента. И вносимая на ладошках лепта Тает быстро, Как будто советских времён монетка, Что местами как раз уместно, А местами – совсем нелепо. Это утро – морозная, неродная слякоть, Люди везут на работу лица, И у всех под чертами мягко, А над чертами – липко.

(ещё) |женя риц| [02 Sep 2006|03:07am] Так, едешь в транспорте общественном, Загадываешь наперёд – Мол, ежели одна пройдёт – То будет то-то; Совсем другое – Если двое. А там, глядишь, и жизнь пройдёт, И на прощанье, как рукою, Рекламкой содранной махнёт.

(ещё) |женя риц| [02 Sep 2006|03:06am] Зимнюю обувь съедают соль и песок, Проникают до кончиков ног. Добавь мне слово, и будет два — Это уже не слова. Слюда падает с неба туда и сюда, Не оставляет не следа, не стыда, Стылая местность едва жива; Здесь нет ни времени, ни примет, И только воздух слегка примят, И взгляд натыкается на предмет, Но не опознаёт. Позднее станет совсем темно, И ветер, похожий на веретено, Совьёт чёрно-белое волокно. А кожа, скукоженная на свету, Разгладясь, впустит в себя темноту, Выпустит пустоту. Плоские ветки, слипшиеся в жгуты, Уже не разбирают, который — ты, Им, собственно, всё равно, Не ровен час и не гладок, но Ему голодать и снаружи глодать окно, И, обрывающему тысячу пуповин, Тем не менее, тысячу половин Складывать разом в одно.

navigation [ viewing | most recent entries ] [ go | earlier ]